Вернуться ко всем записям

Три языка на двоих

Авторы: Татьяна Орестова, Татьяна Ярцева
17.04.2017

В этот погожий апрельский денек совершенно не верится, что пару дней назад мы купались в Средиземном море и таращились на Гибралтар. Андалусия осталась там же, где она и есть, а Semana Santa все еще с нами.

Десять дней, три с половиной города, три языка — и вот это все, что невозможно описать вот этим всем. К сожалению, мы тут не для того, чтобы делиться впечатлениями, — о том, как прекрасны Прадо и Алькасар, как недоступна Альгамбра, какое завораживающее это зрелище — шествие назареносов под звуки барабанов и труб — и каково смотреть на крыши Гранады на закате, мы умолчим. Воздержимся также от перечисления отведанных хамона, паэлий, тортилий, гаспаччо, чурросов, апельсинового вина, хереса, риохи и прочих тапасов. Не будем о ценах на апельсины и клубнику, обувь, арабские шаровары и кожгалантерею. К чему вспоминать витрины с платьями для фламенко и украшениями для красоты неземной, нацеплю все сразу и буду богиней. Хватит уже о яхтах в порту Марбельи и красавцах-мужчинах повсеместно. Лучше расскажем о том, как мы справлялись с тремя языками на двоих.

Эпизод первый. Мы огорчились.

Та Татьяна, которая учит испанский, заказала себе в Севилье среднюю порцию жареных бокеронесов. Принесли же ей порцию для голодного Портоса и назвали ее средней, а в счете учли по цене большой. Эти люди не знали, что эта Татьяна — такой человек, которому очень не нравится, когда ее пытаются огорчить. Напрасно главный камареро сказал, что она де не так поняла официантку, принявшую заказ. Другая Татьяна свидетельствует, что диалог на испанском был стремителен и вариативен. Синтаксис его был прост, но убедителен: Татьяна применила на деле хорошо затренированный preterito perfecto, и нам принесли новый счет.

Эпизод второй. Мы облажались.

Забронировав апартаменты в Гранаде (мы только и мечтали, как наконец переселимся из промозглого хостела склепного типа в Севилье в прекрасный номер с террасой и видом на черепичные крыши), мы сочли излишним побеспокоить хозяина информацией о времени нашего прибытия, так что, протащившись с чемоданами сначала пару километров в гору, а потом целую вечность по крутым ступенчатым улицам старого города, мы поцеловали закрытую решетку сада с видом на черепичные крыши. Солнце садилось, мы трясли решетку и пытались выманить из-за нее целовавшуюся парочку. Потом мы зычно орали на трех языках в глубь сада, пока из дома напротив не высунулась испанская бабушка в домашнем халате и не сказала, что стоит попробовать связаться с хозяином по телефону. Телефон не работал. Зато в информации о бронировании было указано два адреса. Тогда одна Татьяна кинулась за помощью к проходившим мимо юным испанским девушкам, а другая, отправившись на разведку, атаковала по-английски кучку испанских подростков (потом, кстати, потерявшись по пути назад и атаковав подростков снова, не видели ли они, откуда она появилась). Хорошо, что второй адрес находился всего в двадцати-тридцати ступеньках налево и наверх, — по нему проживал средних лет англичанин. У которого мы ничего не бронировали. Смеркалось, хотелось есть и в туалет. Мы эксцентрично кидались на редких прохожих, так что англичанин предпочел забрать нас в свою крепость, чтобы уточнить детали нашего злоключения и самолично выловить хозяина наших апартаментов сначала по е-мейлу, а потом по телефону. Наш хозяин так орал на него по-испански, так орал, но англичанин был невозмутим. Он просто отставил трубку в сторону и дал испанцу проораться. Благодаря этому, когда злой испанец забирал нас из дома доброго англичанина, нам досталось значительно меньше. Одна из Татьян не осталась в долгу (можно даже догадаться, какая), потому что мы были уставшие, голодные, с чемоданами, а узкая лестница в саду, ведущая к нашим апартаментам, имела пять пролетов. Мы смутно догадывались, что хозяин нарочно отвел нам комнату не в самой шаговой доступности. Не сказать, что диалог на английском был очень содержателен, но с понятной цикличностью в нем возникали три опорных глагола в разных временных формах, с отрицанием и без: understand, pay и inform. Впрочем, на следующее утро солнце опять позолотило крыши Гранады, а соседями по саду оказалась семейная пара из Германии. Перекинуться парой слов на родном немецком — что глоток сангрии в испанский полдень. От этой же пары мы узнали, насколько были неправы, проигнорировав звонок от booking.com из Лондона и не заглянув в почту, где нас ждал привет от Хавьера. Поэтому в последний день диалог завершился взаимным расшаркиванием по-английски и объятиями по-испански.

Эпизод третий. Мы удивились.

Две женщины, стоявшие за нами в очереди в Алькасар, запомнились нам тем, что сфотографировали нас на фоне севильского кафедрального. Их же мы поприветствовали на следующий день на вокзале, отправляясь из Севильи в Гранаду. И они же стояли в паре шагов от нашего столика в Гранаде, не покидая который мы собирались смотреть ночную процессию. Что заставило одну из Татьян (не ту, о которой вы подумали) броситься к ним с радостным воплем узнавания? Может быть, риоха, а может быть, новые очки. Так или иначе, вечер мы провели в компании Елены и Моники из Италии, говоря в основном по-английски и даже понимая по-итальянски, потому что у нас есть два костыля, один испанский, другой французский. Елена вот прочла всего Достоевского и мечтает о Питере. Она объяснила нам, что там, откуда она родом, принято платить за всю компанию, если ты подсаживаешься к столику. Так что она заплатила, muchas gracias, а за нами Достоевский.

Сложно быть взрослым человеком, который только начинает учить иностранный язык. Еще сложнее быть лингвистом с одним уже очень хорошим иностранным языком, из-за которого немецкий пограничник, держа в руках твой загранпаспорт, не может сложить два и два: вы живете в Германии, у вас есть вид на жительство? Почему у вас туристическая виза?

Сложно прощать себе ошибки — грамматические, фонетические и лексические, но в этом путешествии мы поняли, что куда круче ошибки эпические. Однако Semana Santa научила нас смирению: мы обыкновенные и ошибаемся как все. Главное — быть понятым, потому что когда у вас чемодан, чертовы ступеньки, солнце садится в чужом городе и хочется есть, пить и в туалет, не до страха показаться смешным. Как только начинаешь бояться за свое тельце или за свой кошелек, говорить начинаешь легко и свободно.

Если вам нужен совет, как заговорить на немецком на уровне А2.1, забронируйте себе апартаменты в Германии (а лучше в Швейцарии — там и горы выше, и немецкий своеобразнее) и не предупреждайте хозяина о прибытии. Вам понравится. Мы уверены, мир не без добрых англичан и участливых подростков. Кто-нибудь вам обязательно поможет, если вы начнете говорить на его языке. Мы, кстати, только что признались друг другу, что в минуту отчаяния, когда одна из нас бегала по лабиринту из лестниц, а другая ждала ее с двумя чемоданами на укромной площадке наверху, мы малодушно выкрикивали наше имя в пространство. Это не помогло, помогло общение с людьми.

Учите разные языки — и обязательно учите английский. Он, как запасной генератор, включится, когда отрубят электричество. Немецкий тоже обязательно учите. Немцы из нашего сада поделились с нами тайным знанием, как проникнуть в Альгамбру без билета. Но поскольку они это тайное знание на себе не опробовали, мы решили, что авантюр с нас на тот момент хватит, и не пошли.

А в принципе, мы снова готовы к авантюрам. Следите за нашими обновлениями.

TO&TJ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *